IDM & Ambient Techno ⁴⁶

Британия, 1992 год. Рейв на пике: поля под Лондоном ревут сиренами и свистками, в чартах крутятся ускоренные семплы. А маленький лейбл Warp из Шеффилда выпускает сборник с роботом на обложке. Он сидит в кресле с сигаретой, рядом лежат Autobahn Kraftwerk и The Dark Side of the Moon Pink Floyd. Сборник называется Artificial Intelligence, а на обложке написано «electronic listening music», то есть электроника для слушания. Это был тихий манифест: танцевальная машина может звучать как сон, как воспоминание, как мысль в четыре утра.

Музыка для тех, кто остался после вечеринки

На вкладке того сборника сказано, что он для долгих поездок, тихих ночей и сонных клубных рассветов. Лучше о душе IDM не скажешь. Это состояние «после»: толпа разошлась, в ушах ещё звенит, а голова вдруг ясная и немного грустная. Рейв обещал раствориться в толпе. Эта музыка возвращает тебя к себе. Она об одиночестве, только не горьком, а внимательном, о привычке замечать странное в обычном.

Здесь много детства и памяти. Шотландские братья Майкл Сэндисон и Маркус Эойн назвались Boards of Canada в честь учебных фильмов Национального совета по кинематографии Канады, которые смотрели в детстве. Их музыка звучит как старая плёнка, которая слегка «плывёт»: уютно и тревожно одновременно. Aphex Twin, то есть Ричард Д. Джеймс из Корнуолла, в одном треке нежен, как колыбельная, а в следующем насмешливо хаотичен. Эта музыка говорит слушателю: твоя странность нормальна, а в меланхолии тоже есть красота. Её ставят ночью, в дороге, когда надо подумать или, наоборот, наконец перестать.

Спальни постиндустриальной Британии

Британия начала 90-х — это города, где тэтчеровская эпоха закрыла заводы, а на барахолках продавали дешёвые синтезаторы и драм-машины. Warp появился в 1989 году в Шеффилде, городе стали, который уже дал миру холодную электронику Cabaret Voltaire и The Human League. Роб Браун и Шон Бут, дуэт Autechre, работали в Рочдейле под Манчестером. Ричард Д. Джеймс жил на самом краю страны, в Корнуолле, где вместе с другом основал лейбл Rephlex. Эту музыку делали не в студиях, а в спальнях, поэтому она такая личная.

У стиля двое родителей. Первый — детройтское техно: Хуан Аткинс, Деррик Мэй и Кевин Сондерсон, чернокожие парни из угасающего города, представляли будущее через синтезаторы. Британские The Black Dog и B12 буквально молились на детройтскую мечтательность. Второй — чилаут, то есть комнаты отдыха на рейвах. Там Алекс Паттерсон из The Orb ставил эмбиент для уставших танцевать, а The KLF записали альбом Chill Out. Из космической тоски Детройта и плывущего покоя чилаута сложился новый язык.

Против свистков, конвейера и «повторяющихся битов»

К 1992 году рейв стал массовым и предсказуемым: быстрее, громче, больше пианинных риффов и мультяшных семплов. Тем, кто пришёл в электронику за чувством открытия, он начал казаться конвейером. Ответом стали не лозунги, а музыка сложнее, тише и честнее. Слава этих людей не интересовала: они меняли псевдонимы, прятали лица, интервью давали неохотно. Даже название «intelligent dance music» придумали фанаты из интернет-рассылки 1993 года, и сами музыканты его в основном не любили: выходило, будто вся остальная музыка глупая. Когда закон 1994 года позволил полиции разгонять вечеринки под открытым небом с музыкой из «повторяющихся битов», Autechre выпустили Anti EP с треком Flutter. Его запрограммировали так, чтобы ни один такт не повторялся. Самый остроумный ответ бюрократам, под который даже можно потанцевать, если получится.

Спотыкающийся бит и обволакивающий бас

Звучание вытекает из этого отношения. Ровный техно-ритм ломается: биты спотыкаются, запаздывают, рассыпаются на мелкие щелчки. Аналоговые синтезаторы выдают тёплые блипы и мелодии, похожие на заставку детской передачи, которую ты почти помнишь. Под ними глубокий мягкий бас, который не бьёт, а обволакивает. Трек не строится по схеме «нарастание и взрыв»: он может возникнуть ниоткуда и раствориться в тишине. Главный инструмент здесь сам продакшн — шипение кассеты, расстроенные семплы, дышащие эффекты. Послушай Nil, которым заканчивается альбом Amber Autechre: медленная, почти молитвенная мелодия над мягким механическим пульсом.

От спальни до Kid A и дальше

IDM доказала, что электронный альбом может быть авторским высказыванием, как джазовая или рок-пластинка. Björk позвала сопродюсировать Homogenic Марка Белла из LFO, ещё одного первопроходца Warp. Radiohead на Kid A пошли навстречу звуку Warp. Squarepusher, бас-гитарист Том Дженкинсон, скрестил джангл с джазом и открыл дорогу ликвиду и джазстепу. Немцы Oval царапали компакт-диски и делали музыку из сбоев, так появился glitch. А тем, кому в ломаном бите не хватало ярости, достались брейккор и digital hardcore. Сегодня эту линию продолжают Floating Points, Rival Consoles, Moderat и Actress, каждый по-своему.

С чего начать слушать

Начни с Selected Ambient Works 85–92 Aphex Twin (1992). Эти домашние записи звучат, как солнце сквозь закрытые веки, и уже первый трек Xtal объясняет, зачем всё это. Дальше Amber Autechre (1994), их самый тёплый и мечтательный альбом, записанный до того, как дуэт ушёл в абстракцию. Потом Music Has the Right to Children Boards of Canada (1998), пластинка-воспоминание о детстве, которого, возможно, и не было. А когда захочется энергии, поставь Hard Normal Daddy Squarepusher (1997): там бас-гитара спорит с бешеными брейками, и никто не побеждает.