Heavy Metal ¹¹⁷

В пятницу 13 февраля 1970 года в Британии вышла пластинка, которую критики встретили с отвращением, а подростки с облегчением. Альбом Black Sabbath открывался шумом дождя, далёким колоколом и риффом, который ползёт, как туман над заводскими трубами. Хиппи ещё пели о любви и цветах, а четверо парней из рабочего Бирмингема сыграли то, что видели за окном. Так появился хэви-метал, музыка, которая впервые позволила року быть тяжёлым, мрачным и честным в разговоре о страхе.

О чём хэви-метал: сила, которую даёт темнота

Хэви-метал говорит о том, о чём обычно молчат: о войне, безумии, страхе, смерти, власти и бессилии. Но в отчаяние он не впадает. Он делает всё это громким и объёмным, и слушатель вдруг чувствует себя не жертвой, а тем, кто стоит посреди бури и держится. Paranoid у Black Sabbath — песня о депрессии, сыгранная так, что под неё хочется двигаться. War Pigs — ярость против генералов, которые отправляют бедных умирать. Это музыка для тех, кому мир кажется враждебным, и она говорит: ты не один, и ты сильнее, чем думаешь.

Её включают, когда нужно собраться: перед тяжёлым днём, после ссоры, когда внутри накопилось столько, что тихая музыка уже не помогает. Отсюда и вечная подростковая любовь к металу: в этом возрасте сил много, а голоса ещё нет. Метал этот голос даёт, громкий, театральный, немного мифический. В нём есть и побег в мир демонов, колдунов и стальных машин, и возвращение оттуда закалённым. Не случайно Judas Priest позже назовут альбом British Steel. Сталь здесь означает не жестокость, а выносливость.

Бирмингем, заводы и конец лета любви

Английский Мидлендс конца 60-х — это фабрики, копоть и ряды одинаковых кирпичных домов. У парня из рабочей семьи там было немного дорог. Тони Айомми, гитарист Black Sabbath, в семнадцать лет работал на заводе листового металла и в последний рабочий день лишился под прессом кончиков двух пальцев. Он сделал себе пластиковые напальчники, поставил более лёгкие струны, а позже понизил строй, и из этой травмы вырос низкий, тягучий звук группы. Вокалист Оззи Осборн успел поработать на бойне, а басист Гизер Батлер писал тексты под впечатлением от оккультных романов. Название взяли из фильма ужасов с Борисом Карлоффом: раз люди платят, чтобы их пугали в кино, почему бы не пугать их и музыкой?

В тех же краях выросли Роберт Плант и Джон Бонэм, голос и барабанщик Led Zeppelin. Эту группу собрал Джимми Пейдж, бывший гитарист The Yardbirds. В Лондоне Deep Purple с гитаристом Ричи Блэкмором и органистом Джоном Лордом скрещивали блюз-рок с классикой. А мечта 60-х тем временем рушилась: в августе 1969-го «семья» Мэнсона совершила убийства, в декабре на концерте в Алтамонте погибли люди, а война во Вьетнаме всё не кончалась. Обещание, что любовь всё изменит, оказалось наивным. Музыка ответила по-своему: стала медленнее, мрачнее и громче.

Против цветов и показной лёгкости

Тем, кто жил среди заводов, позитив конца 60-х казался фальшивым, и метал стал ему альтернативой. Black Sabbath не пели о духовном пробуждении в Калифорнии. Они пели о войне, наркотиках и дьяволе, потому что это было ближе к правде их улиц. Критики группу презирали, радио не замечало, а залы были полными: имя себе они сделали концертами, а не прессой. Дебют записали почти вживую примерно за один день. Отношение к славе было простым: играть громко, честно и для своих. Именно эта преданность публике, а не индустрии, вырастила одну из самых верных аудиторий в музыке. Эти люди десятилетиями носят одну и ту же джинсовку с нашивками.

Рифф весом в тонну

Сердце метала — рифф, короткая гитарная фраза, которую повторяют, пока она не станет стеной. Гитара идёт через перегруженный усилитель, и звук густеет, хрипит и заполняет комнату. Айомми играл медленно и низко, а песню Black Sabbath открыл тритоном, интервалом, который издавна называют «дьяволом в музыке». Бас не прячется на фоне, а идёт рядом с гитарой, барабаны бьют тяжело и раскатисто. Поверх звучат длинные соло и голоса: от завываний Оззи до пронзительных верхов Роберта Планта, Иэна Гиллана из Deep Purple и Роба Хэлфорда из Judas Priest. Позже Judas Priest добавили две гитары, играющие гармонию, и кожу с заклёпками, то есть образ, с которым метал связывают до сих пор.

Что выросло из этого железа

В конце 70-х молодые британские группы добавили к этой тяжести панковскую скорость и злость. Так возникла новая волна британского хэви-метала (NWOBHM) во главе с Iron Maiden, а рядом неслись Motörhead. Тех, кого тянуло к эпосу и сказкам, повёл Ронни Джеймс Дио, вокалист Rainbow, который в 1979-м сменил Оззи в Black Sabbath. Из этого пути вырос пауэр-метал. Те, кто остался верен медлительности раннего Sabbath, создали дум-метал, любители сложных форм — прогрессив-метал, а блеск и гедонизм Лос-Анджелеса дали глэм-метал. Германия ответила собственной стальной школой: Scorpions из Ганновера и Accept из Золингена.

С чего начать слушать

Начните с Paranoid, второго альбома Black Sabbath, вышедшего в том же 1970 году: War Pigs, Iron Man и заглавная песня расскажут о душе жанра за первые двадцать минут. Дальше — Machine Head Deep Purple (1972) с Highway Star и Smoke on the Water. Эта песня рассказывает о настоящем пожаре в казино Монтрё во время концерта Фрэнка Заппы. Чтобы услышать, как блюз превращается в тяжёлый гром, поставьте Led Zeppelin IV с Black Dog и When the Levee Breaks.

А как метал окончательно становится собой, быстрее, острее и в коже, покажет Sad Wings of Destiny Judas Priest (1976) с эпической Victim of Changes. Слушайте эти пластинки громко и от начала до конца. Они построены как цельные истории, и темнота в них постепенно превращается в силу.