Поставьте иглу и не спешите делать громче. Сначала почти тишина, а из неё проступает сердцебиение. Потом тиканье, звон монет, чей-то нервный смех, женский голос, взлетающий в крик, и всё это растёт, растёт, пока не обрывается в мягкий, медленный аккорд гитары. Так начинается «Breathe» , и вы уже внутри.
Это альбом о том, что сводит людей с ума: деньги, время, война, страх смерти. Его месяцами играли на концертах, прежде чем записать, и он держался в американском чарте дольше, чем некоторые его слушатели живут на свете. А последние слова на нём сказал не музыкант, а швейцар студии. Вот как это было.
Почему это икона
«Мне кажется, каждый наш альбом был шагом к Dark Side of the Moon», — говорил клавишник Рик Райт. Rolling Stone называет пластинку одной из лучше всего спродюсированных рок-пластинок всех времён: размышления Роджера Уотерса о безумии обыденной жизни звучат здесь с мелодичной точностью и кинематографическим блеском. А «Money» , пишет журнал, пожалуй, единственный рок-хит, попавший в двадцатку чарта в размере 7/4. В списке 500 лучших альбомов всех времён Rolling Stone альбом стоит на 55-м месте.
Альбом провёл в американском чарте 996 недель, больше 19 лет, и разошёлся тиражом более 45 миллионов копий. RIAA признала его 15 раз платиновым, в 1999-м его внесли в Зал славы «Грэмми», британский The Observer поставил «Dark Side» среди 50 альбомов, изменивших музыку, а слушатели радио Planet Rock назвали его лучшим альбомом всех времён.
После «Meddle». Альбом обо всём, что сводит с ума
Pink Floyd на тот момент — четверо англичан. Роджер Уотерс играл на басу и писал тексты. Дэвид Гилмор, гитарист, пришёл в группу на место Сида Барретта, первого лидера, ушедшего в 1968-м. Ричард Райт сидел за клавишными. Ник Мейсон играл на барабанах. В конце 1971-го они собрались в его доме в Северном Лондоне.
Уотерс предложил идею: альбом о вещах, которые, по его словам, «сводят людей с ума». Давление гастрольной жизни, деньги, время. И тень Сида, друга, которого они потеряли как музыканта. Гилмор потом говорил Rolling Stone: раньше они писали слишком туманно, а в этот раз слова должны были быть ясными и конкретными.
Уотерс записывал демо в садовом сарае возле своего дома в Ислингтоне. Кое-что нашлось в ящике стола. Мелодию, из которой выросла «Us and Them» , Райт написал ещё в 1969-м для фильма Микеланджело Антониони «Забриски-Пойнт». Итальянский режиссёр её отверг. Уотерс потом, пародируя акцент, пересказывал его вердикт: красиво, но слишком грустно, напоминает церковь.
Альбом, который сначала сыграли, а потом записали
Впервые в своей истории Pink Floyd повезли на гастроли целый альбом, причём такой, которого ещё не существовало. 20 января 1972 года в зале Dome в Брайтоне они впервые сыграли новую сюиту от начала до конца. Дебют получился шатким, подводила техника. Но девять тонн новой аппаратуры ездили за группой в трёх грузовиках, и от концерта к концерту сюита становилась лучше.
17 февраля в лондонском театре Rainbow её показали прессе. The Times написала, что от неё наворачивались слёзы. Melody Maker была сдержаннее: из-за звуковых эффектов рецензент не был уверен, не в птичьей ли он клетке лондонского зоопарка.
«Тёмная сторона Луны» здесь не про астрономию, а намёк на безумие, по-английски lunacy. Название чуть не потеряли: у группы Medicine Head уже была пластинка с таким же, и сюита какое-то время называлась «Eclipse» . Пластинка Medicine Head провалилась, и название потихоньку вернули.
Шестьдесят дней на Эбби-Роуд
Записывали в студии EMI на Эбби-Роуд в Лондоне, урывками между гастролями, с 31 мая 1972-го по 9 февраля 1973-го, всего около шестидесяти дней.
Звукоинженером группе дали штатного сотрудника студии Алана Парсонса. Ему было 23. Он уже успел поработать на последних записях The Beatles.
Представьте, из чего складывался этот звук. Часы в начале «Time» Парсонс записал раньше, просто как тест, в антикварной лавке, каждые часы по отдельности. Ритм «Money» Уотерс склеил из звона монет, которые бросал в миску в гончарной мастерской своей жены, шелеста бумаги и кассового аппарата. Получился странный размер на семь долей. А в «On the Run» слышны шаги: это ассистент Питер Джеймс бегал по эхо-камере студии.
Голоса из-за двери
В последнюю неделю Уотерс написал вопросы на карточках и стал звать к микрофону в затемнённой Студии 3 всех, кто оказывался рядом: роуди, менеджеров, сотрудников студии. Сначала простые: ваш любимый цвет? Дальше потруднее: когда вы в последний раз были агрессивны? боитесь ли вы смерти?
Роуди Роджер Манифолд по прозвищу «Шляпа» рассказывает о стычке с водителем и объясняет, что таким хватает «короткого резкого шока». Смех, звучащий в начале альбома и в «Brain Damage» , принадлежит дорожному менеджеру Питеру Уоттсу. Записали даже Пола и Линду Маккартни, но их ответы сочли слишком старательно-смешными.
А лучше всех сказал Джерри О’Дрисколл, ирландец, швейцар студии. На вопрос о смерти он спокойно ответил, что не боится: когда угодно, всё равно ведь когда-нибудь уходить. А на вопрос о тёмной стороне Луны сказал, что на самом деле тёмной стороны нет, потому что она вся тёмная. Продолжение фразы группа не взяла: первая половина была слишком хороша.
Оставалась одна песня без голоса: медленная фортепианная тема Райта. Группе хотелось, чтобы над ней кто-то просто «голосил». Парсонс вспомнил двадцатипятилетнюю певицу Клэр Торри, с которой уже работал. В воскресенье, 21 января 1973 года, она пришла в студию.
Что нужно петь, не знал никто. Торри начала со слов, и её остановили: слова не нужны. Тогда, рассказывала она, оставалось одно — звучать как инструмент. После двух дублей она остановила третий на полпути: показалось, что повторяется. Музыкантам, как ей показалось, было скучно, и она ушла с мыслью, что эту запись никто не услышит. Заплатили ей обычную воскресную ставку, 30 фунтов.
На самом деле группа была поражена, просто никому не пришло в голову ей об этом сказать. О том, что её голос есть на альбоме, Торри узнала в музыкальном магазине, когда увидела своё имя на конверте. С 2005 года на всех изданиях её указывают соавтором музыки вместе с Райтом.
Когда всё было готово, Уотерс забрал плёнку домой и поставил жене. В конце она расплакалась. «Я подумал: похоже, это кого-то задело», — вспоминал он.
Призма, картонные музыканты и 996 недель
Обложку делала студия Hipgnosis. Райт попросил что-то простое и смелое, элегантное, как коробка шоколадных конфет. Дизайнеры принесли семь вариантов. «Не было никаких споров, — говорил Уотерс. — Мы все показали на призму: вот оно».
27 февраля 1973 года журналистов пригласили на презентацию в лондонский Планетарий. Микс для квадрофонического звука ещё не был готов, так что группа, кроме Райта, демонстративно на неё не пришла. Гостей встретили четверо картонных музыкантов в натуральную величину, а пластинку крутили через плохие колонки.
В Америке альбом вышел 1 марта, в Британии 16-го. 28 апреля он стал первым в чарте Billboard. На вершине продержался всего неделю, зато в самом чарте оставался 736 недель, до 1988 года. Потом возвращался снова и снова: по состоянию на январь 2026-го набралось 996 недель. Продано более 45 миллионов копий.
Часть денег группа, большие поклонники Монти Пайтона, вложила в фильм «Монти Пайтон и Священный Грааль». Парсонс получил первую номинацию на «Грэмми» и позже основал собственный Alan Parsons Project. Rolling Stone ставит пластинку на 55-е место среди 500 лучших альбомов всех времён, выше всех альбомов Pink Floyd. Библиотека Конгресса США внесла её в Национальный реестр записей.
Ричарда Райта, автора самых нежных мелодий альбома, не стало в 2008 году.
Шесть цветов вместо семи
Призму Сторм Торгерсон из студии Hipgnosis нашёл в физике: в учебнике 1963 года был снимок призмы, раскладывающей белый свет в спектр. Ещё одним ориентиром стала иллюстрация Алекса Стайнвайса для Нью-Йоркской филармонии 1942 года. Нарисовал финальную картинку Джордж Харди, художник, работавший с Hipgnosis. Призма соединила три вещи: сценический свет группы, темы текстов и просьбу Райта о простом и смелом.
Присмотритесь к радуге: в ней шесть цветов, а не семь, потому что нет индиго. По просьбе Уотерса спектр продолжается на развороте и превращается в линию сердцебиения, которое звучит на пластинке. На обороте вторая призма снова собирает цвета в белый луч: Торгерсон придумал её, чтобы в музыкальных магазинах конверты можно было интересно выкладывать рядом. Внутри лежали два постера и две наклейки с пирамидами, а на одном постере — инфракрасное фото пирамид Гизы от Торгерсона и Обри Пауэлла.
К 30-летию, в 2003 году, призму воссоздали как витраж: прозрачное стекло со свинцовыми перемычками, «то же самое, но иначе». В 2007 году VH1 назвал её четвёртой лучшей обложкой всех времён. А на прозрачном виниле к 50-летию, в 2024 году, картинку напечатали прямо на пластинке, на стороне без дорожек.
Как слушать: сторона за стороной
Каждая сторона здесь — одна непрерывная музыка. Альбом начинается и заканчивается сердцебиением, а между ними целая человеческая жизнь. Вот о чём эти песни.
Сторона A · 18:51 · вдох, бег, часы
Speak to Me · 1:30 · звуковая мозаика Ника Мейсона
Увертюра без слов. Сердцебиение, смех Питера Уоттса, обрывки голосов и кусочки того, что прозвучит дальше, в том числе крик Клэр Торри. Мейсон собрал её сам, редкий случай, когда автором значится только он.
Breathe (In the Air) · 2:43 · поёт Дэвид Гилмор
Песня-совет: дыши, не бойся чувствовать, проживи свою жизнь, а не чужую. А рядом уже ежедневная суета, которая ходит под руку с безумием. Аккорд в припеве Райт, по собственному признанию, взял у Майлза Дэвиса с «Kind of Blue».
On the Run · 3:30 · инструментал Гилмора и Уотерса
Тревога дороги. Голос из аэропорта объявляет рейс, шаги бегут из колонки в колонку, что-то догоняет, а в конце взрыв. Райт рассказывал, что перелёты часто будили в нём страх смерти. Всё, кроме эффектов, сыграно вживую на синтезаторе EMS Synthi.
Time · 6:53 · поют Гилмор и Райт
Звонят все часы сразу. Песня о том, как однажды понимаешь, что никто не дал сигнала на старт, а жизнь уже идёт. Уотерс говорил, что сам пришёл к этому выводу в 28–29 лет. В конце коротко возвращается «Breathe»: побег в одиночество и тишину.
The Great Gig in the Sky · 4:15 · музыка Ричарда Райта, голос Клэр Торри
Метафора смерти без единого слова. В начале швейцар Джерри О’Дрисколл говорит, что не боится умирать. Дальше голос Торри, который то плачет, то кричит, то затихает.
Сторона B · 23:20 · деньги, война, безумие
Money · 6:30 · поёт Гилмор, пишет Уотерс
Насмешливая сатира на жадность и жажду вещей. Уотерс признавался, что тогда и сам до боли хотел «Бентли». Саксофонное соло играет Дик Пэрри, старый приятель Гилмора. Сингл дошёл до 13-го места в США.
Us and Them · 7:51 · поёт Гилмор, гармонии Райта
Самая длинная песня альбома. По словам Уотерса, первый куплет о войне, где люди на передовой не могут просто поговорить, потому что кто-то решил за них. Второй о предубеждениях. Третий о том, как мы проходим мимо бездомного.
Any Colour You Like · 3:24 · инструментал Гилмора, Райта и Мейсона
Синтезаторы и гитара перекликаются, будто разговаривают. Название — об иллюзии выбора. Уотерс вспоминал лондонских торговцев посудой с кузова грузовика: «любого цвета, какой вам нравится», хотя все были синие.
Brain Damage · 3:50 · поёт Роджер Уотерс
«Безумец на траве» — это про газоны с табличками «не ходить». По словам Уотерса, настоящее безумие как раз не пускать людей на такую красивую траву. Одна строчка о группе, которая начинает играть другую мелодию, — тихий привет Сиду Барретту.
Eclipse · 1:45 · поёт Уотерс
Финал, нарастающий, как волна: длинный перечень всего, из чего состоит человеческая жизнь, и вывод, что всё под солнцем в гармонии. Но солнце заслоняет луна. Уотерс объяснял: всё хорошее в жизни рядом, но что-то тёмное в нас мешает его взять, и он сам чувствует то же самое. Потом сердцебиение затихает, и звучит фраза швейцара о Луне.
Все пластинки Pink Floyd, которые есть у нас, собраны на странице группы.
Вместо послесловия
Если после последнего удара сердца вам захочется слушать дальше, вот три вопроса. Как звучит «Wish You Were Here», альбом, который группе пришлось писать сразу после такого успеха? С чего всё началось: как звучал «Meddle» 1971 года, который Гилмор и Уотерс называли поворотным моментом на пути к «Dark Side»? И что случится с этими же песнями, если через пятьдесят лет Уотерс перезапишет их сам, без гитарных соло, в «The Dark Side of the Moon Redux»?
Мы верим, что музыка на виниле — это способ забрать частичку той истории с собой: темноту Студии 3, звон монет в гончарной миске, голос, который сама певица считала неудачным. И да, будем честны: на этом мы тоже зарабатываем. Но влюбить вас в музыку для нас всё равно важнее.
Команда Just Punk Vinyl