Fidget House & Complextro ⁰

Представь, что хаус-трек — это плёнка, которую кто-то режет ножницами прямо посреди вечеринки. Вокал обрывается на полуслове, бас гнётся, как резина, а синтезатор выстреливает рейвовой сиреной и пропадает. Так звучал фиджет-хаус. Название жанру придумали в шутку, но шутка зашла так далеко, что в конце 2000-х под эту музыку прыгали клубы от Лондона до Лос-Анджелеса.

Потом шутка повзрослела. Около 2010 года дёрганая музыка встретилась с тяжёлым басом пост-дабстепа, и парень из Северной Каролины дал ей новое имя: комплекстро. Это история о том, как поколение с ноутбуком и интернетом сделало нетерпеливость стилем.

Музыка для тех, кому не сидится на месте

Английское fidget значит «ёрзать, не находить себе места». В этом слове вся правда стиля: он об энергии, которую некуда девать, и о голове с двадцатью открытыми вкладками. Фиджет не убаюкивает и не уводит в транс. Он толкает под локоть каждые несколько тактов: трек без разгона бросает тебя в самое весёлое место, а потом снова всё перемешивает.

Серьёзного лица у этой музыки нет. Духовного очищения, как транс, она не обещает, уважения, как минимал-техно, не требует. Она говорит, что можно быть громким, нелепым и смешным и что в этом тоже есть радость. Её ставят перед выходом из дома, чтобы разогнаться с нуля, или в три часа ночи, когда компании уже не нужно красивого, а хочется дурашливого и бешеного. Люди узнают в ней себя, потому что так чувствует себя двадцатилетний человек, у которого слишком много раздражителей и слишком много сил: рвано, ярко, весело.

Лондон, ноутбуки и блоги середины 2000-х

Всё началось в Лондоне. Switch (продюсер Dave Taylor) и британский диджей Jesse Rose играли хаус, а слушали всё подряд: ранний чикагский хаус, рейв, британский гараж, хип-хоп, балтиморский клаб, ангольское кудуро. Их общий проект Induceve в 2004 году выпустил Pick It Up EP на лейбле Switch Dubsided, и именно эту пластинку первой назвали «фиджетом». Позже Switch продюсировал M.I.A. и вместе с Diplo основал Major Lazer, так что мир этот был по-настоящему всеядным.

Расцвести стилю помог новый быт музыки. Студия помещалась в ноутбук, а треки разлетались по блогам и MySpace быстрее, чем их успевали напечатать на виниле. The Guardian даже иронизировал, что вне интернета эта сцена едва существует. Но жила она и офлайн, на курортах Малии и Айя-Напы, где британская молодёжь гуляла всё лето. К волне присоединились Hervé, диджей и основатель лейбла Cheap Thrills, британский дуэт Jack Beats, миланский дуэт Crookers и Theo Keating. Когда-то он был половиной биг-бит-группы The Wiseguys, а теперь взял имя Fake Blood.

Щелчок по носу вылизанным клубам

В середине 2000-х клубы жили длинными, отполированными треками. Прогрессив-хаус и транс строились на минутах вступления и медленных подъёмах, а минимал-техно соревновалось в сдержанности. Фиджет стал щелчком по носу этой серьёзности: там, где другие хотели плавности, он хотел быть пятнистым и с перебоями. У глитча он взял мысль, что заикание и цифровой сбой могут быть материалом, а не браком. У электро-хауса взял грязный, перегруженный бас. Ещё в 1999 году дорогу проложил француз Mr. Oizo: в его «Flat Beat» резиновый искривлённый бас сам по себе был крючком. О славе тут не беспокоились. Ремиксы выкладывали бесплатно, потому что важнее всего было, чтобы завтра трек играли все.

Ножницы, резина и пожарная сигнализация

Звук фиджета вырос из этой нетерпеливости. Бочка ровно бьёт на каждую долю, как в хаусе, а всё вокруг неё дёргается. Вокал нарезан на слоги и поднят вверх, как в гараже. Бас не шагает по нотам, а тянется по высоте, словно резинка. Рейвовые синтовые удары вспыхивают и гаснут. Лучший пример — ремикс Crookers на «Day 'n' Nite» Kid Cudi. Среди его сэмплов есть фанковая «Think (About It)» Lyn Collins и звуковой эффект сигнализации из библиотеки голливудских шумов. Комплекстро довело этот метод до предела. Синтов стало с десяток, и они перебивают друг друга на каждой доле, а снизу рычит вобл-бас из дабстепа. Шуткой это уже не назовёшь: тут ножницами работают как ювелиры.

От шутки к новой волне EDM

Переломным стал ремикс Crookers. Сначала нью-йоркский лейбл Fool's Gold выложил его для бесплатного скачивания, а в начале 2009 года в Британии он две недели держался на втором месте чарта, уступив только «Just Dance» Lady Gaga. Так дёрганая клубная музыка оказалась на радио. Дальше история перебралась за Атлантику. Porter Robinson, продюсер-самоучка из Северной Каролины, назвал свой рубленый звук комплекстро, от complex и electro. В 18 лет он подписался на OWSLA, лейбл Skrillex (американца, который сделал дабстеп стадионным), и его EP Spitfire стал первым релизом лейбла. Рядом работали Wolfgang Gartner, Knife Party, Madeon и Zedd, и через них андеграундная изобретательность влилась в большую волну EDM начала 2010-х. А сам Robinson в 2014 году альбомом Worlds вернулся к мелодии: жанр отпустил лучшего ученика дальше.

С чего начать слушать

Начни с Tons of Friends (2010), дебютного альбома Crookers. Миланцы зовут в гости рэперов и певцов и превращают каждый трек в вечеринку с перебоями электричества. Дальше возьми What Do You Do If You Don't? (2009) Jesse Rose: один из отцов фиджета всегда был глубже собственной шутки, и «Forget My Name» с Hot Chip это доказывает.

Чтобы услышать, как фиджет превратился в комплекстро, поставь Spitfire (2011) Porter Robinson. Это бешеная, перегруженная видеоигровыми синтами запись подростка, который ещё не знает слова «слишком». Напоследок послушай Cells (2012), дебютный альбом Fake Blood, человека, прошедшего путь от биг-бита к фиджету. После него найди сингл «Mars» 2008 года, с которого началась вторая жизнь Theo Keating.