Crust Punk & D-Beat ²

Англия, 1978 год. Sex Pistols уже распались, The Clash подписались к гиганту CBS, а булавки и рваные футболки продаются в обычных бутиках. Панк, обещавший разнести шоу-бизнес, сам стал товаром. И тогда из дома-коммуны в Эссексе выходит группа, одетая во всё чёрное. На конвертах она печатает цену, дороже которой платить нельзя, а в одной из песен прямо объявляет, что панк умер.

Краст-панк и ди-бит выросли не из желания играть быстрее. Они начались с простой мысли: бунт, который ничего не меняет в твоей жизни, — это просто мода. Здесь панк впервые начал жить так, как пел.

Музыка, от которой нельзя отвернуться

Эта музыка не помогает забыться, она заставляет смотреть. На войну, ядерную бомбу, бойни, полицию, церковь, государство, для которого люди — расходный материал. Тексты Discharge похожи на телеграммы с фронта: несколько слов, которые повторяются, пока не врежутся в память. Crass писали длинные яростные манифесты, а художница Gee Vaucher оформляла их чёрно-белыми коллажами, от которых делалось не по себе.

Но под этой злостью прячется забота. Краст говорит слушателю: ты не сходишь с ума, мир действительно такой, и ты имеешь право сказать «нет». Его ставят, когда от новостей хочется кричать, а некому. Ещё он даёт чувство общности: сквот, концерт в поддержку бастующих, самодельный фэнзин. Здесь ты не фанат у сцены, а участник общего дела.

Британия Тэтчер, тень бомбы и дом в Эссексе

Конец 1970-х в Британии — это безработица, забастовки и «зима недовольства», после которой к власти пришла Маргарет Тэтчер. Холодная война снова обострилась, страна готовилась принять американские крылатые ракеты, и люди всерьёз боялись ядерного удара. Подросток из провинции видел впереди очередь на пособие по безработице, а потом пепел.

Crass родились в Dial House — старом доме под Эппингом, который поэт и барабанщик Penny Rimbaud ещё в 1960-х превратил в открытую коммуну. Вокалист Steve Ignorant пришёл туда под впечатлением от концертов The Clash. А в промышленном Сток-он-Тренте, городе фабрик и шахт, появилась группа Discharge. Потом движение расползлось по провинциальным городкам: Flux of Pink Indians из Хартфордшира, Subhumans из Уилтшира, где по соседству стояли военные базы.

«Панк умер»: всё делать самим

Больше всего их бесила фальшь: группы, певшие об анархии, но игравшие по правилам больших лейблов. Поэтому Crass основали собственный лейбл Crass Records и выпускали на нём других: Poison Girls, Flux of Pink Indians, Zounds и даже исландцев KUKL, где пела молодая Björk. Концерты были благотворительными, цены минимальными. Дебютный альбом Crass начался с тишины: рабочие завода отказались печатать первую песню, сочтя её богохульной. Группа поставила на её место две минуты молчания и назвала их The Sound of Free Speech. Flux of Pink Indians открыли свой лейбл Spiderleg. В Америке похожий путь выбрали Dead Kennedys: их вокалист Jello Biafra основал лейбл Alternative Tentacles и позже подписал на него британских крастеров Amebix.

Звук как телеграмма с фронта

Звук здесь вытекает из позиции: красивость означала бы компромисс. Crass звучали резко и сыро, с магнитофонными коллажами и сердитым кокни Steve Ignorant. Discharge пошли дальше. Их барабанщик Terry «Tezz» Roberts выстроил галопирующий ритм, в котором бочка и малый барабан бьют попеременно и без остановки толкают вперёд. Этот ритм так и назвали — D-beat, от Discharge. Сверху — сплошная стена перегруженной гитары и выкрикнутые лозунги, а песни редко длятся дольше двух минут. В середине 1980-х Amebix из Девона добавили тяжесть Motörhead и мрачность Killing Joke. Звук стал грязным, басовитым, более медленным, и из этого появился краст.

От шведских сквотов до грайндкора

Само слово «crust» впервые прозвучало в 1986 году на демо Ripper Crust группы Hellbastard из Ньюкасла. Ритм Discharge тем временем разлетелся по миру: в Швеции Anti Cimex и Mob 47 построили на нём целую сцену, а японцы Disclose и шведы Disfear даже названия брали с тем же «Dis-», будто вступали в фан-клуб. Бирмингемские Napalm Death начинали как анархо-панки, а потом разогнали эту ярость до грайндкора. Американский хардкор тоже учился у британцев, а Metallica позже записала каверы на Discharge. Эта музыка задела даже тех, кто ни разу не ночевал в сквоте.

С чего начать слушать

Начните с The Feeding of the 5000 (1978) Crass: там и Do They Owe Us a Living, и та самая свобода слова, ставшая тишиной. Дальше — Hear Nothing See Nothing Say Nothing (1982) Discharge: чтобы понять, что такое ди-бит, хватит первой минуты.

The Day the Country Died (1983) Subhumans показывает, что эта музыка бывает мелодичной и даже остроумной, не теряя злости. А Arise! (1985) Amebix — момент, когда панк стал тяжёлым, тёмным и почти мистическим. Отсюда начинается краст.