Smooth Jazz ⁷

Конец 1970-х, Лос-Анджелес. Машина застряла в пробке на фривее, за окном розовеет смог, а из FM-приёмника неторопливо льётся саксофон. Он никуда не спешит и ничего не драматизирует, просто будто снимает с вас прожитый день. Это смус-джаз — самый презираемый и при этом один из самых продаваемых видов джаза. Критики звали его музыкой для лифтов, а миллионы людей ставили его по вечерам, чтобы наконец выдохнуть.

Десятилетиями джаз требовал от слушателя внимания, подготовки и терпения. История смус-джаза началась тогда, когда джаз решил просто побыть рядом. И честно задал вопрос: а что, если музыке не обязательно быть испытанием?

Музыка для того, кто наконец дома

Смус-джаз не про борьбу и не про открытия. Он про то, что бывает после: после смены, ссоры или длинной недели. Его включают, когда хочется, чтобы мир стал чуть мягче, но не наступала тишина, в которой слишком громко звучат собственные мысли. Мелодия здесь простая и певучая, её можно напеть уже после первого прослушивания. Ритм слегка покачивает, но танцевать не заставляет.

За глянцем легко не заметить, что в этом стиле есть своя правда. Это музыка взрослых людей, для которых романтика — не страсть на разрыв, а бокал вина на кухне, медленный танец в гостиной, дорога домой под ночными фонарями. Саксофон здесь не кричит, как в бибопе, а говорит тихо, почти шёпотом. Люди узнают в смус-джазе себя не из-за его глубины, а из-за его доброты: он обещает, что даже в конце тяжёлого дня ещё может быть хорошо.

Калифорнийское солнце, FM-волны и уставшая Америка

Середина 1970-х в США — это нефтяной кризис, инфляция и разочарование после Вьетнама и Уотергейта. Поколение, которое в 1960-х слушало бунтарский рок, повзрослело и обзавелось работой, кредитами и детьми. Ему нужна была музыка, которая звучит современно, но не давит. FM-радио с чистым стереозвуком тогда стало главным музыкальным медиа, а студии Лос-Анджелеса и Нью-Йорка были полны виртуозных сессионных музыкантов.

Дорогу проложил продюсер Creed Taylor со своим лейблом CTI Records, основанным в 1967 году. Он обрамлял игру джазменов пышными струнными аранжировками и записывал их с кристально чистым звуком. Именно оттуда вышли гитарист George Benson и клавишник и аранжировщик Bob James. В 1976 году Benson вместе с продюсером Tommy LiPuma записал на Warner Bros. альбом Breezin’, и тот стал первым джазовым альбомом, возглавившим главный альбомный чарт Billboard. Стало ясно: джаз может звучать из каждого радиоприёмника.

Побег от сложности и от бедности

Отец смус-джаза — фьюжн, смесь джаза с роком и фанком, которую на рубеже 1960-х и 1970-х открыл Miles Davis альбомами In a Silent Way и Bitches Brew. Но фьюжн быстро стал громким и местами изматывающим: бесконечные соло, сложные размеры, соревнование в технике. Смус-джаз взял у него электрические инструменты и фанковый грув, а остальное отбросил. Добавил он и соул: филадельфийский саксофонист Grover Washington Jr. ещё в 1975 году на альбоме Mister Magic показал, что джаз может петь голосом ритм-энд-блюза. Иллюзий насчёт денег здесь никто не питал. Джазмены годами жили бедно и играли для узкого круга знатоков, поэтому для пуристов новый стиль был предательством, а для музыкантов — правом быть услышанными. В 1987 году в Лос-Анджелесе заработала станция KTWV The Wave, которую менеджмент поначалу называл не радио, а «сервисом настроения». За ней появился целый радиоформат по всей Америке.

Шепчущий саксофон и звук без единой царапины

Звучание смус-джаза следует из его цели: ничто не должно раздражать. В центре — один инструмент, который ведёт мелодию, как голос: сопрано- или альт-саксофон, реже гитара или труба. Под ним мягкий фанковый бас, аккуратные барабаны и электропиано Fender Rhodes, а в 1980-х к ним добавились синтезаторы и драм-машины. Импровизация осталась, но стала короткой и мелодичной, словно ещё один куплет песни. Альт-саксофонист David Sanborn, игравший со Stevie Wonder и на альбоме Young Americans Дэвида Боуи, принёс в стиль плачущий, почти человеческий тембр. Kenny G из Сиэтла, который в молодости играл в оркестре Barry White, добавил сладкий и долгий, как выдох, звук сопрано. Продакшн отполирован до блеска: каждая нота чистая, никакого лишнего шума.

От ночного радио к семплам и тихим балладам

Смус-джаз размыл границу между джазом, соулом и попом. Рядом с ним на ночном радио звучала британская группа Sade: альбом Diamond Life 1984 года с голосом Sade Adu и саксофоном Stuart Matthewman стал для этого формата почти гимном. Сакс в Careless Whisper George Michael тоже взят из воздуха той эпохи. В 1992 году Kenny G выпустил Breathless — самый продаваемый инструментальный альбом в истории — и тут же стал мишенью. Гитарист Pat Metheny публично разнёс его за то, что тот наложил свой саксофон на запись What a Wonderful World Louis Armstrong. В конце 2000-х крупные станции начали отказываться от формата, потому что их аудитория постарела. Но стиль не исчез. Записи эпохи CTI стали сокровищницей для хип-хоп-продюсеров, которые брали из них семплы. Обещание покоя подхватили тихие альбомы вроде Come Away with Me Norah Jones. А новое поколение открывает эту музыку заново, и уже без стыда.

С чего начать: четыре вечера с гладким джазом

Начните с Breezin’ George Benson. Заглавную композицию написал Bobby Womack, а лёгкая гитара и тёплый вокал в This Masquerade — это момент, когда стиль впервые вышел к широкому слушателю. Дальше — Winelight Grover Washington Jr. 1980 года. Саксофон там звучит как разговор у окна, а Just the Two of Us с голосом Bill Withers до сих пор кажется лучшим вечером вдвоём.

Потом поставьте Diamond Life Sade, где смус-джаз становится песней о сдержанных чувствах. И напоследок — Breathless Kenny G: здесь стиль звучит в самом чистом и сладком виде, и вы сами решите, на чьей вы стороне в споре с пуристами. Включайте любую из этих пластинок, когда день уже закончился, а вечер ещё не начался, — именно для этого их и записывали.