Grunge ³⁷

Осенью 1991 года на MTV, среди глянцевых клипов с начёсанными гитаристами, появился школьный спортзал с анархистками-чирлидершами и парнем в растянутом свитере, который хрипел песню, слов которой никто не мог разобрать. Через несколько месяцев альбом Nirvana — Nevermind сбросил с первого места чарта Billboard пластинку Майкла Джексона Dangerous. Так провинциальная музыка с дождливого северо-запада Америки стала голосом целого поколения.

Гранж — редкий случай, когда мейнстрим заняли люди, которые туда совсем не стремились. Поэтому он до сих пор звучит честно: здесь никто не делает вид, что у него всё хорошо. Гранж звучит как мокрая фланель, висящая на микрофонной стойке.

Музыка для тех, кому плохо — и кто не собирается это прятать

Гранж — о тревоге, разочаровании и отчуждении. Ты вырос, а обещанное будущее оказалось подделкой: родители развелись, работы нет, телевизор продаёт счастье, которого ты не чувствуешь. Эти песни не утешают и не зовут на баррикады. Они просто говорят: со мной то же самое. И от этого становится легче.

Боли здесь много, и она не театральная. Зависимость, депрессия, смерть друзей, насилие в семье — Alice in Chains, Pearl Jam и Nirvana пели об этом от первого лица, без иронии и без позы героя. Гранж ставят, когда тяжело и хочется, чтобы музыка была такой же тяжёлой, как всё вокруг. И ещё когда хочется громко выкричать злость, на которую будто бы нет права. Люди узнают себя в этих песнях, потому что их авторы не казались сильнее слушателя.

Сиэтл, дождь и фланелевые рубашки

В 80-е Сиэтл был американской окраиной: далеко от музыкальных столиц Лос-Анджелеса и Нью-Йорка, длинные серые зимы, лесопилки и рабочие городки вокруг. Крупные лейблы сюда не заглядывали, поэтому музыканты играли для себя и друзей в подвалах и крошечных клубах. Фланелевые рубашки и тяжёлые ботинки не были модой: это была обычная дешёвая одежда из секонд-хендов, в которой тепло в сырую погоду.

Сцену собрали несколько человек. Группа Melvins из городка Монтесано медленно и нарочито неуклюже играла панк с весом Black Sabbath. Green River, где играли будущие участники Mudhoney и Pearl Jam, смешали панк с хард-роком. Брюс Павитт и Джонатан Понеман создали независимый лейбл Sub Pop и продавали Сиэтл как отдельный мир со своим звуком. Продюсер Джек Эндино записывал группы лейбла быстро и дёшево — отсюда сырой, «случайный» звук ранних пластинок, включая дебют Nirvana Bleach.

Против начёсов, лака и фальшивого оптимизма

В конце 80-х рок означал глэм-метал с бульвара Сансет: Poison, Mötley Crüe, кожаные штаны, лак для волос, песни про вечеринки и девушек. Всё это отлично продавалось, но выглядело как реклама жизни, которой в рабочих городках никто не видел. Гранжевые музыканты выросли на панке, где главное — делай сам и не продавайся. Поэтому они подозрительно относились к славе, а позу мачо отвергали. Курт Кобейн открыто поддерживал феминисток и дружил с участницами движения riot grrrl. Само название Smells Like Teen Spirit появилось, когда Кэтлин Ханна из группы Bikini Kill написала на стене «Kurt smells like Teen Spirit», имея в виду дезодорант, о котором он тогда даже не слышал. Когда гранж вошёл в моду, The New York Times напечатала «словарь гранжевого сленга». Все эти слова по телефону придумала Меган Джаспер, работавшая в Sub Pop. Так Сиэтл посмеялся над индустрией, которая пыталась его продать.

Грязный фуз, тишина перед взрывом и медленные риффы

Звучание гранжа вытекает из этого отношения. Гитары пропущены через фуз-педали, поэтому звук густой и мутный, а часто ещё и опущен строем ниже. Темп взят из медленных риффов Black Sabbath и нойз-рока, энергия — из панка, тяжесть — из трэша. Главный приём — контраст: тихий, почти сонный куплет и внезапный взрыв в припеве. Кобейн не скрывал, что подсмотрел это у Pixies. Голоса тоже разные: Крис Корнелл из Soundgarden пел высоко и металлически, Эдди Веддер — низко и густо, а Лейн Стейли и Джерри Кантрелл из Alice in Chains пели вместе, и их голоса звучали как скрежет. Батч Виг, продюсер со студии Smart Studios в Мэдисоне, сделал Nevermind чище и плотнее. Поэтому пластинка и попала на радио, хотя Кобейна её глянец потом раздражал.

Победа, которая всё сломала

За год гранж смёл глэм-метал из эфира, а «альтернативу» сделал новым мейнстримом. Лейблы бросились подписывать всех, у кого были гитары и фланель, Марк Джейкобс показал гранжевую коллекцию на подиуме, а Pearl Jam судились с Ticketmaster из-за цен на билеты. Но история вышла короткой и трагичной. В 1994 году погиб Кобейн, а позже зависимость забрала Лейна Стейли. Гранж разошёлся по двум дорогам. Первая — альтернативный рок с его свободой звучать как угодно. Вторая — пост-гранж: Bush, Foo Fighters барабанщика Nirvana Дэйва Грола и более поздние радиогруппы, которые взяли у гранжа звук, но оставили боль.

С чего начать слушать

Начните с Pearl Jam — Ten (1991): дебют, рождённый после смерти Эндрю Вуда, певца Mother Love Bone. Это гранж с большим сердцем и широкими, почти классическими рок-гимнами. Потом поставьте Nirvana — Nevermind (1991): здесь видно, как панковская злость становится поп-песней и именно поэтому ранит ещё сильнее.

Самое тёмное лицо стиля — Alice in Chains — Dirt (1992), честная и страшная пластинка о зависимости. Его самый широкий горизонт — Soundgarden — Superunknown (1994), где тяжёлые риффы соединяются с психоделией и странными размерами. Наслушавшись, возвращайтесь к корням — к Melvins и Нилу Янгу, которого в Сиэтле считали крёстным отцом гранжа.