New Wave ⁷⁶

К концу 70-х панк сделал главное: доказал, что играть может каждый, и снёс декорации стадионного рока. Но после взрыва остался вопрос, что с этой свободой делать дальше. New Wave ответил неожиданно: танцевать. Он сохранил панковскую скорость и нюх на фальшь, но позволил себе всё, что панк считал предательством: мелодию, синтезатор, регги, диско, а ещё костюм и причёску, продуманные до мелочей.

Это музыка умных чудаков, которые решили не орать на мир, а смеяться над ним в ритме. Поэтому новая волна и спустя сорок с лишним лет звучит так, будто её записали вчера: коротко, нервно, ярко, с подмигиванием.

Танцы для тех, кому неловко в собственной жизни

В сердце New Wave странное и очень знакомое чувство. Тебе тревожно, ты не вписываешься, но страдать напоказ не собираешься. Ты надеваешь пиджак на три размера больше и идёшь танцевать. Дэвид Бирн из Talking Heads пел о человеке, который вдруг просыпается посреди взрослой жизни с домом, женой и машиной и не понимает, как здесь оказался. Пел он это под грувы, под которые невозможно усидеть. Песни новой волны рассказывают о страхе атомной войны, телевизоре, конторской скуке, рекламе и одиночестве в большом городе, но всё это подано как игра, а не как трагедия.

В этом её подарок слушателю: ирония как способ выжить. Новая волна говорит, что быть неуклюжим, слишком умным или «не таким» нормально, а из этого может даже получиться стиль. Её ставят, когда хочется движения, но не бездумного: перед вечеринкой, в ночной поездке по городу, в день, когда всё вокруг кажется немного ненастоящим и от этого вдруг смешно. Она не делает вид, будто у мира есть смысл, но и не сдаётся. Поэтому люди и узнают в ней себя.

Нью-Йорк на грани банкротства и Британия после взрыва

Середина 70-х. Нью-Йорк чуть не обанкротился, Манхэттен полон брошенных зданий и дешёвых лофтов. На Бауэри, в клубе CBGB, играют Ramones, Television и Patti Smith, а также две группы, которым предстоит стать лицом новой волны. Первая — Blondie певицы Дебби Харри и гитариста Криса Стайна, которые любили девичьи поп-группы 60-х не меньше, чем панк. Вторая — Talking Heads, студенты художественной школы Rhode Island School of Design, похожие на бухгалтеров, случайно забредших на рок-концерт. А в Акроне, штат Огайо, городе приходящих в упадок шинных заводов, выходцы из университета Kent State собрали Devo. Группа была целой концепцией «деволюции»: идеи о том, что человечество не развивается, а глупеет.

В Англии панк выгорел почти так же быстро, как вспыхнул. После Sex Pistols осталась армия молодых музыкантов, которым стало тесно в трёх аккордах. Среди них Элвис Костелло с независимого лейбла Stiff Records, The Jam в мод-костюмах и с колючими гитарами, The Stranglers с мрачным органом. Трио The Police, то есть Стинг, Стюарт Коупленд и Энди Саммерс, положило панковскую энергию на регги, которое в Лондоне звучало повсюду благодаря ямайским общинам.

Слово, придуманное ради радиоэфира

Даже само название стиля — маленький заговор против индустрии изнутри. Американское радио шарахалось от панка, и тогда Сеймур Стайн, сооснователь лейбла Sire Records, подписавшего Ramones и Talking Heads, нашёл выход. Это не панк, говорил он, это new wave, новая волна. Название он позаимствовал у французской Nouvelle Vague, кино, в котором Годар и Трюффо ломали правила съёмки. Программные директора согласились: такое ставить можно. Однако за маркетинговой вывеской стояла настоящая позиция. Новая волна не верила ни в героический пафос рок-звёзд 70-х, ни в панковскую позу «нам плевать». Она хотела быть популярной, но на своих условиях: умной, смешной, с арт-школой в голове. Этому её научил глэм. Дэвид Боуи и Roxy Music показали, что музыкант может быть художественным проектом, а образ — частью песни. Бывший клавишник Roxy Music Брайан Ино позже продюсировал ранние пластинки Talking Heads и Devo.

Сухие аккорды, пластмассовый синтезатор и сдвинутый ритм

Звучание новой волны прямо вытекает из этого отношения. Песни короткие, потому что скучать запрещено. Гитары не гудят стеной, а звенят и рубят сухими аккордами на слабую долю, как в регги. Синтезаторы здесь не торжественные, как в прог-роке: они пищат и булькают, словно игрушки из магазина электроники. Это звук пластмассового будущего, которое одновременно завораживает и смешит. Барабаны чёткие и танцевальные. Blondie без стеснения взяли диско в «Heart of Glass», а в «Rapture» Дебби Харри начала читать рэп. Talking Heads вплели в альбом Remain in Light афробит нигерийца Фелы Кути. Голоса часто нарочито неестественные: икающий Бирн, роботизированная монотонность Devo, холодная отстранённость Харри. Никто не поёт нараспашку, и именно из-за этой дистанции чувства бьют острее.

От первого дня MTV до инди-дискотек нулевых

1 августа 1981 года заработал MTV, и первым клипом в его эфире стал «Video Killed the Radio Star» группы The Buggles, песня новой волны. Это было символично: стиль, который всегда думал об обложке и костюме, идеально лёг в телевизор. Британцы, умевшие снимать клипы, хлынули в американские чарты. Отсюда выросли synth-pop и New Romantic. Duran Duran снимали клипы на яхтах и в экзотических странах, Depeche Mode сделали синтезатор главным инструментом, Tears for Fears принесли в поп психологическую драму. Ветвь потемнее, The Cure и Echo & The Bunnymen, держалась ближе к пост-панку. А в начале 2000-х The Strokes в Нью-Йорке, The Killers в Лас-Вегасе и LCD Soundsystem Джеймса Мёрфи вернули ту же формулу: сухие гитары, танцевальный ритм, иронию и стиль.

С чего начать слушать

Начните с Parallel Lines группы Blondie (1978). На этой пластинке панк, девичьи группы 60-х и диско уживаются под одной крышей, а «Heart of Glass» до сих пор звучит как идеальная поп-песня. Дальше Remain in Light группы Talking Heads (1980): здесь нервный нью-йоркский арт-рок превращается в гипнотический африканский грув, а «Once in a Lifetime» становится гимном для всех, кто хоть раз не узнал собственную жизнь.

Для контраста поставьте Q: Are We Not Men? A: We Are Devo! (1978). Этот дебют Devo продюсировал Ино, и на нём есть механическая, почти комическая версия «Satisfaction» The Rolling Stones. Завершите альбомом Regatta de Blanc группы The Police (1979). Его название — ломаный французский, означающий что-то вроде «белое регги». А «Message in a Bottle» показывает, как просторно могут звучать всего лишь гитара, бас и барабаны.