Виниловые пластинки Interpol

Interpol собрались в Нью-Йорке в 1997 году и в начале двухтысячных оказались в центре волны, которую критики назвали пост-панк-ривайвлом. Основа состава не меняется с первого дня: Пол Бэнкс с голосом и гитарой и Дэниел Кесслер, пишущий большинство гитарных линий. Барабанщик Сэм Фогарино пришёл в 2000-м и с тех пор тоже никуда не делся.

Как менялось звучание

Ранний период держался на басе Карлоса Денглера — именно его партии давали группе ту подвижную, почти танцевальную нижнюю часть, поверх которой две гитары сплетали холодный рисунок. Денглер ушёл в мае 2010 года, и следующие пластинки записывались без него; несколько месяцев на концертах бас играл Дэвид Пахо, а потом группа вообще перестала искать постоянного басиста.

После этого звучание постепенно тяжелело и густело. Гитары остались узнаваемыми, но места для баса стало меньше, а мелодия перебралась наверх, к вокалу. В метаданных MusicBrainz группа до сих пор описывается тремя метками почти одинакового веса — indie rock, post-punk и post-punk revival, и Discogs раскладывает их пластинки так же нейтрально, как alternative rock и indie rock, обходя слово «пост-панк» стороной.

«Marauder» 2018 года и «The Other Side Of Make-Believe» 2022-го — два разных ответа на вопрос, что делать группе с такой биографией. Первый записан быстро и нарочито шершаво, с двумя короткими интерлюдиями посреди треклиста. Второй сделан в Лондоне на студии Battery, сводил его Алан Молдер, и это самая спокойная, наименее нервная пластинка группы.

На что смотреть на виниле

Обе наши позиции — красный винил, обе ограниченные, и обе прошли через одни руки: лаки резал Джо Нино-Эрнес на Sterling Sound, мастеринг в первом случае делал Грег Калби, во втором — Калби вместе со Стивом Фэллоуном. Это тот редкий случай, когда две пластинки разных лет можно сравнивать без поправки на инженера.

«Marauder» продавался только через сам лейбл Matador и напрямую от группы, в розницу красная версия не попадала — так что любой экземпляр в магазине сегодня перепродан, и это нормально. В конверт вложен печатный внутренний пакет с текстами и код на цифровую копию; код за семь лет почти наверняка уже нерабочий, рассчитывать на него не стоит. В раннауте стороны B там осталась смешная ошибка гравёра: вместо STERLING выбито TERLING, с потерянной первой буквой.

С «The Other Side Of Make-Believe» история интереснее. В раннаутах видно, что лаки сперва подписали чужим каталожным номером, а потом исправляли прямо в металле: на стороне A стоит OLE-1875LP-A с перечёркнутым OLE1670LP-A, а на стороне B ровно наоборот — оставлен OLE1670LP-B и зачёркнут OLE-1875LP-B. Две стороны одного диска правили в разные стороны, и обе так и ушли в тираж.

Ещё две детали. Первые экземпляры из независимых магазинов комплектовались значком, двумя наклейками и набором из шести открыток в чёрном конверте — всё это лежало поверх плёнки, поэтому в запакованном виде комплект давно растерян. И обложка здесь не нарисована для альбома: это работа «Equilibrium» Тима Хеда 1975 года, взятая у художника и галереи. В нашей карточке этой пластинки страна записана как «США и Европа» русским написанием посреди украинского поля, а в «Marauder» в то же поле попали обе языковые версии сразу — это наши ошибки, и их надо чистить.

С чего начать

Знакомство с группой логично начинать не с этих двух пластинок, а с ранних альбомов начала двухтысячных — там звучание, за которое Interpol вообще полюбили. «Marauder» подойдёт тем, кому нужна группа в боевом режиме: тринадцать позиций, сторона A на 21:47, сторона B на 22:47, две интерлюдии как паузы для дыхания. «The Other Side Of Make-Believe» — наоборот, для долгого медленного прослушивания, одиннадцать треков без единого резкого движения.

Искать эти диски в каталоге нужно в Post-Punk. Но по характеру поздние альбомы группы ближе к Indie Rock, и именно так их классифицирует Discogs — если собираете по звучанию, а не по истории, начинайте оттуда.