Singer-Songwriter ⁸³

Представьте комнату без группы, без шоу и без стены усилителей. Есть один человек с гитарой или за пианино и песня о его собственной жизни, написанная так откровенно, что становится неловко, словно вы прочли чужое письмо. В начале семидесятых именно так звучала одна из самых популярных музык Америки. После десятилетия маршей, психоделии и громких обещаний поп вдруг заговорил тихо, и оказалось, что тихий голос слышно лучше.

Песня как письмо самому себе

Сингер-сонграйтер поёт от первого лица единственного числа. Здесь никто не зовёт на баррикады и не поёт «мы». Здесь рассказывают о разрыве, депрессии, зависимости, о том, как больно любить и как стыдно быть слабым. James Taylor в «Fire and Rain» вспоминает погибшую подругу и месяцы, проведённые в психиатрической клинике. Joni Mitchell на альбоме Blue поёт о рассыпающихся отношениях, а в «Little Green» говорит о дочери, которую когда-то отдала на удочерение. Тогда об этом почти никто не знал.

Ответов эти песни не дают, зато составляют вам компанию. Их ставят поздно вечером, когда все уже спят, после расставания, в дороге, в пустой квартире. Себя в них узнают потому, что автор поёт предельно конкретно о себе: о кухне, телефонном звонке, определённом городе. Чем точнее деталь, тем ближе песня. Peter Asher, продюсер Taylor, объяснял это так: человек пишет о своём опыте, а его чувства вдруг оказываются общими для многих.

Каньон над Голливудом и похмелье шестидесятых

Географическое сердце стиля — Laurel Canyon, зелёный район на холмах над Лос-Анджелесом. В конце шестидесятых там поселились музыканты: Joni Mitchell, Crosby, Stills & Nash, их друзья и соседи. По вечерам они играли друг другу новые песни в гостиных, а потом шли на сцену клуба Troubadour в Западном Голливуде. Бизнес подтянулся следом. В 1971 году менеджер David Geffen вместе с Elliot Roberts, менеджером Neil Young, основал лейбл Asylum, потому что ни одна крупная компания не хотела подписывать молодого Jackson Browne. Уже в первый год на Asylum перешла и Joni Mitchell.

Время тоже подталкивало к такой музыке. Война во Вьетнаме не заканчивалась, The Beatles распались, а большие коллективные мечты шестидесятых выдохлись. Поколение, верившее, что изменит мир, ушло внутрь себя. 1 марта 1971 года журнал Time поместил Taylor на обложку с заголовком «The New Rock: Bittersweet and Low». Так новую эпоху признали официально. В том же году вышли Blue и Tapestry Carole King.

От Dylan к тишине: кто проложил дорогу и что вело дальше

Ближайшие родители стиля — фолк и фолк-рок. Bob Dylan доказал, что автор может петь собственные слова несовершенным голосом и значить больше любого эстрадного певца. Leonard Cohen, канадский поэт и романист, начал записываться уже после тридцати и принёс в песню литературную плотность. Carole King пришла из Brill Building — нью-йоркской фабрики хитов, где авторы писали на заказ для чужих голосов. Вместе с Gerry Goffin она сочинила для The Shirelles «Will You Love Me Tomorrow». Когда она наконец запела сама, автор перестал быть наёмником за кулисами. Стиль вырос из недоверия к гламуру, гитарным соло и позам. Единственной ценностью здесь была искренность, а слава должна была прийти как побочный эффект.

Голос, дерево и воздух между нотами

Звучание вытекает из доверия к слову. Акустическая гитара, часто в необычных открытых строях, которых Joni Mitchell придумала целую коллекцию. Пианино, на котором Carole King левой рукой держит ритм, словно барабанщик. Голос записан близко к микрофону, так что слышно дыхание. Если есть ритм-секция, она мягкая, барабанщик играет щётками, а не палочками. Продакшн прозрачный: между голосом и слушателем ничего не должно стоять. Tim Buckley в «Gypsy Woman» показывает другую сторону стиля. Основа та же, гитара и голос, но песня больше десяти минут разрастается в импровизацию, где голос летает, как в джазе.

Куда ушла эта откровенность

Отдельных поджанров сингер-сонграйтер почти не породил, зато растворился во всём. Ещё в семидесятые Elton John и Billy Joel вынесли песню за пианино в большие залы. Tom Waits, дебютировавший на Asylum альбомом Closing Time, привёл в стиль ночные бары и хриплый голос. John Lennon после The Beatles записал Plastic Ono Band, где исповедь переходит в крик. Позже Nick Cave и PJ Harvey сделали откровенность тёмной и опасной, а Norah Jones в начале двухтысячных вернула камерность. Lana Del Rey, Billie Eilish, Hozier, Michael Kiwanuka, Tom Odell, Ed Sheeran и Alex G тоже работают по той же формуле: один человек рассказывает свою правду.

С чего начать слушать

Начните с Blue Joni Mitchell (1971). Гитара, дульцимер, пианино и голос, который ничего не прячет, — самая чистая форма стиля. Затем поставьте Tapestry Carole King того же года: это пианино и тёплый голос женщины, которая годами писала хиты для других и наконец спела свои. Songs of Leonard Cohen (1967) — медленная, гипнотическая поэзия, с которой всё началось. After the Gold Rush Neil Young (1970) показывает, как ломкий высокий голос и несколько аккордов могут звучать и нежно, и тревожно.

Если захочется ещё, Sweet Baby James James Taylor (1970) — это тот самый тихий голос, который оказался на обложке Time. Поставьте любую из этих пластинок вечером, когда никуда не нужно спешить, и дослушайте до конца.